Оттуда еду уже я, объезжаю всю Кирсановку вдоль и поперек, это как минимум километров 5, потом, уже выехав из Кирсановки, проезжаю еще 3 километра. Потом снова возвращаюсь к складу ГСМ забрать почту.
Все прошло без сучка, без задоринки, сидящий рядом лейтенант только подсказывает мне дорогу. У почты забираем письма и посылки и, кроме того, двоих солдат.
По пути назад за баранку садится сам лейтенант - куда-то торопится. По теории он нас не опрашивал. Все мы трое выдержали экзамен. В Т7 часов возвращаемся к месту расквартирования.
После ужина выкладываем из камня что-то вроде клумбы, засыпаем туда землю и высаживаем цветы.
Мы привезли целый мешок почты. Утром нам позволено выспаться как следует.
Воскресенье, Троицын день, 24 мая 1942 г.
Как же здорово снова проспать до 7 часов! К 9 часам утра я успел вымыться, побриться - словом, привести себя в порядок.
На столах стояли огромные букеты сирени. Через громкоговоритель звучит музыка. Погода облачная, ветрено. Время от времени сквозь тучи прорывается солнце. До обеда занимаюсь почтой. На обед гуляш, 2 булочки и 250 г напитка, настоянного на апельсиновых корках. После обеда решил почитать.
Сегодня выдали довольствие: 1 поджаренная колбаса, 100 г ливерной колбасы, 30 г масла, 4 сигареты. После ужина читаю иллюстрированные журналы и газеты. Самая последняя - от 19 мая. Вечером еще подвезли почту, прибыли газеты от 13 мая. Вот такая скорая у нас полевая почта.
Примерно в 21 час укладываюсь спать, день выдался хороший.
Близости фронта не чувствуется совершенно, такое впечатление, что мы где-нибудь дома, в обычном тыловом гарнизоне.
Понедельник после Духова дня, 25 мая 1942 г.
И сегодня нас будят только в 7 часов утра. А в 8 уже нежусь на солнышке. Хорошо позагорать, когда тебе никто не мешает.
Во второй половине дня опять иду загорать, читаю детективный роман.
Большая часть нашей роты отправилась в Красную Колонию на спортивный праздник. После 16 часов готовлюсь заступить в охранение.
Начальник караула - унтер-офицер Вилле. С ним сегодня творится что-то странное - отправляет весь караул привести в порядок форму. И это в праздничный день!
Вообще-то мы не очень жалуем этого Вилле. И раньше он мог вытворить что-нибудь в этом духе.
26 мая 1942 г.
Во второй половине дня собрался постираться, но не дали. Видите ли, прибыл командир собственной персоной. Так что приходится весь день торчать в боевом охранении.
27 мая 1942 г.
Черт, снова подъем ни свет ни заря. Тяжело вставать так рано. В здании школы еще темно, а на улице холодно.
До завтрака, то есть до 5.40, занятия.